Вступление на престол

Взойдя на престол, Александр немедленно проявил свою решительность и жестокость. Первое, что он сделал, — это избавился от возможных претендентов на царскую корону. Олимпиада пошла еще дальше: она казнила малолетнюю дочь Филиппа от его последней жены, после чего убитая горем мать покончила жизнь самоубийством. (Абсолютно неоправданная жестокость: несчастный ребенок не представлял никакой угрозы — даже теоретической — наследованию Александра. Так что трудно рассматривать это двойное убийство иначе, чем акт мщения уязвленной женщины.)
Известие о смерти Филиппа в стане его врагов встретили с ликованием. Тут же в ряде областей разразились восстания. Демосфен горячо поздравил цареубийцу Павсания и начал подстрекать афинян к расторжению договора с Македонией. Пока Александр был занят наведением порядка на севере и востоке своих владений, Демосфен успел связаться с персидским царем Дарием III и выпросить у него денег на организацию мятежа в Фивах. Александр действовал молниеносно. Он прервал текущую военную кампанию и устремился на юг, где начал осаду Фив. Операция продлилась недолго: на четвертый день город пал. Шесть тысяч фиванцев погибли при штурме, остальные тридцать тысяч стали пленниками Александра. У царя имелись все основания трактовать действия Фив как изменнические, и он решил примерно покарать мятежников — в назидание всем прочим эллинам. Итак, население было продано в рабство, а город — еще недавно самый богатый и могущественный в Греции — сровняли с землей, пощадили только храмы и жилище поэта Пин-дара. Что тут скажешь? Александр, конечно, отличался вспыльчивым, необузданным характером, он не раз совершал поистине жестокие поступки. В его оправдание можно лишь сказать, что жизнь при македонском дворе оказалась для него суровой школой. Так или иначе, но ему удалось сломить сопротивление в остальной части Греции. Афины в числе прочих городов-государств пошли на попятный и поспешили прислать свои извинения македонскому царю. Следует признать: если Александр намеревался устрашить греческое население, то, разрушив Фивы, он вполне добился своей цели. С другой стороны, подобные методы никак не способствовали установлению согласия между двумя нациями — македонянами и греками, то есть делали невозможным союз, о котором так мечтал царь Филипп.