Падение Оттона I

Подобные военные авантюры наглядно продемонстрировали опасность, которую несла в себе «Великая идея», попутно выявив несоответствие между масштабными замыслами греческих националистов и полной неспособностью воплотить их в жизнь. На самом деле Греция по-прежнему оставалась игрушкой в руках великих держав, которые по собственному усмотрению вмешивались в дела королевства. Уязвимость независимой Греции еще раз подчеркнул инцидент 1850 года, когда британский министр иностранных дел лорд Пальмер-стон, используя «дипломатию канонерок», устроил блокаду королевства в поддержку сомнительных требований гибралтарского еврея дона Пасифико1. Было ясно: пока Англия и Франция держат сторону Османской империи, весьма трудно изыскать пути для реализации «Великой идеи».
Однако греческие политики в своем ослеплении не желали этого видеть. По прошествии времени ужасные воспоминания о минувшей войне поблекли, и незаметным образом она сама стала частью националистической мифологии. Тот факт, что лишь вмешательство европейских держав спасло греческую революцию, был благополучно забыт. Зато на первый план вышли грубые, нередко вероломные клефтские капитаны, чьи действия едва не погубили страну. Их начали
представлять национальными героями и ставить вровень с античными титанами. Во многих греческих музеях появились памятники клефтам (героические позы, неправдоподобные классические драпировки), которые внедряли в народное сознание мысль о том, что именно их героизм даровал грекам победу. Такое мифотворчество было весьма вредным, поскольку порождало у греков чрезмерную веру в доблесть народных партизан и презрение к турецкой армии. Результатом этого неоправданного самомнения стали многочисленные дилетантские военные вылазки, которые только увеличили список горьких и унизительных поражений.
Король Оттон I всячески поддерживал и пропагандировал «Великую идею», укрепляя свой авторитет на волне народного патриотизма. Однако попытки защитить свободу османских греков невольно привлекали внимание к недостатку политической свободы внутри самого королевства. Когда в 1859 году разгорелась война за независимость в Италии, молодые греки, воодушевленные успехами Гарибальди, горели желанием последовать примеру итальянских революцио-; неров и решительно выступить против турок. Оттон I приложил все усилия, чтобы погасить этот порыв. Такое поведение нанесло серьезный урон его популярности: Отгона стали называть трусливым реакционером. Тут уж греки все припомнили своему королю — и его католическую веру, и неспособность произвести на свет наследника, и связи с бесстыдными коррумпированными политиками. В 1862 году по стране прокатилась новая волна восстаний, в одном из них участвовали солдаты афинского гарнизона. Было организовано временное правительство во главе с Деметриосом Вулгарисом, представителем знатного семейства с Гидры. Оно потребовало отречения от короля Оттона I и принятия новой конституции. После консультации с европейскими покровителями Оттон отрекся от трона и в конце 1862 года, почти через тридцать лет после своего триумфального въезда в Нафплион, взошел на борт британского военного корабля и навсегда покинул Грецию.